Фальшь и музыка

«Габима» в этот вечер была иной, незнакомой. Иная, новая публика пришла в зал, носящий имя Ханы Ровиной, иначе звучало фойе. Зрители общались на русском и на иврите- даже не знаю, какого языка было больше. Незнакомая, не наша дама – фотограф щелкала затвором своей камеры, снимая гостей. Всем раздавали (просто дарили, чего обычно не бывает!) красивые программки.

К нам с одним спектаклем приезжал национальный академический театр русской драмы имени Леси Украинки из Киева. Зрители увидели спектакль «Фальшивая нота», пьеса Дидье Карона, перевод с французского Александра Браиловского и Ирины Прохоровой. Режиссер – Михаил Резникович. Пьеса о том, как сын убитого в концлагере музыканта приходит к убийце, требуя воздаяния. Нет,не так... Некий человек приходит после концерта к всемирно известному дирижеру, чтобы рассказать, напомнить о том, что во время войны, в лагере, на его глазах парнишка, каким тогда был этот дирижер, по приказу отца-фашиста убил музыканта за фальшивую ноту. За то, что он испортил Моцарта. Этим музыкантом был отец визитера.

Сразу понятно, что история - не про Холокост, точнее- не столько про Холокост, а, скорее, про невозможность восстановления истины. Обретения справедливости. Мальчик- еврей, голодный, испуганный, видит, как другой мальчик, в униформе «гитлерюгенд», стреляет в его папу. Судьба сына музыканта с этого момента движется по иному руслу. Музыка для него закрыта, боль, пустота и холод поселяются в седце. И жизнь наполняется одной целью - отомстить. Он меняет имя, переезжает в другую страну, следит за каждым шагом делающего блестящую картеру немецкого музыканта. Который тоже изменил имя, и, чтобы защититься о прошлого, сделал татуировку - лагерный номер. Фальшивый Динкель (Станислав Москвин) приходит к фальшивому Миллеру (Олег Замятин) в дирижерскую после концерта. Поначалу он комикует, деланно восхищается, сыплет затертыми комплиментами. Просит автограф для себя и для жены. Потом потихоньку снимает, сдвигает маску докучливого поклонника- дилетанта. Выкладывает факты, говорит, что знает про еще одно убийство: заключенный, сделавший сыну коменданта татуировку, был убит, из лагеря не вышел. Разговор разворачивается, как симфония. Безостановочное сrescendo. До самой вершины, до последней ферматы идет подъем.

Драма движется, как музыкальное полотно. И самый главный момент, самая высокая точка этого одновременно и камерного, и грандиозного театрального рассказа, представленного творческим коллективом Михаила Резниковича, это когда два антипода, люди разных миров, немец и еврей играют Вивальди. О жизни и смерти играют Станислав Москвин и Олег Замятин. В их руках нет скрипок. И в то же время они есть, звучные, страстные, будто кричащие- поющие в последний раз, перед лицом неба, перед памятью бесчисленных жертв. Если говорить о музыке Вивальди, то она и не требует, не предполагает такой страсти,такого масштаба, ее барочная, цветная, кружевная прелесть, ее колдовской вселенский гедонизм не связан с темой смерти, варварского истребления одних людей другими. Но именно это золотое, горячее, утверждающее жизнь, радость, легкую тревогу во время грозы или неисцелимую нежность ко всему на земле звучание совершенно логично, естественно возникает в спектакле. В спектакле про возмездие, которое не состоялось. Динкель не смог, он даже и не собирался убивать Миллера. Думал успокоиться¸ распрямиться, после разговора-допроса. Не вышло. Миллер искалечен, изломан. Жалкий и поверженный, он будто несколько раз за разговор умирает. И Дункель будто сгибается под тяжестью памяти, под тяжестью размышлений о своем праве вершить суд. Режиссер Резникович поставил сцену в дирижерской вдохновенно, изощренно. Провел через нее музыкальный ток. Динкель (мягкая, многотембровая игра Станислава Москвина) поначалу был почти амебой. Печальным клоуном. Потом его голос обрел мощь. Металл. Он пригрозил, привел аргументы. Сказал, что не позволит псевдо- Миллеру, сыну фашиста,убийце, занять пост художественного руководителя Берлинской филармонии. Миллер ведет свою партию темпераментно, азартно, то горделиво, то в полуобмороке. С полной верой в то, что сейчас,здесь решается его судьба...

Пьеса «Фальшивая нота» – совершеннейший реалистический абсурд. Сюр. Фантасмагория. Ребус. «Встав на путь возмездия, вырой две могилы». Это Конфуций. Сотни лет прошли -но ничего не возникло новее и глубже, чем эта звякнувшая монеткой на дне кружки мировой истории максима. Всякая жизнь – трагедия. Или фарс. Или водевиль. Или все вместе... Зал принял гостей из Киева восторженно. Аплодисменты были долгими и благодарными. Всюду мелькал Моше Кептэн, худрук «Габимы», который поддержал и помог осуществить гастроли киевлян в Израиле.Следует вспомнить, что Михаил Резникович ставил в Хайфе «Тойбеле и ее демон» по Исааку Башевису Зингеру, и в том спектакле главную роль играла актриса Майя Маоз, нынешняя супруга Моше Кептэна...И, разумеется, хорошо, что посольство Украины приняло во всем деятельное участие, - культура необходима, культура – это свет, красота, музыка.

Инна Шейхатович

Добавить комментарий
Дорогие друзья!
В целях защиты от спама и иных проявлений вредительства, только зарегистрированные пользователи могут комментировать новости. Пожалуйста зарегистрируйтесь здесь: Регистрация
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.