Брехт, желтая звезда и Юдифь

Это маленькая, грамотно, значительно выстроенная театральная история. «Юдифь». Спектакль по Бертольду Брехту. Режиссер Игорь Елизарьев ( я не видела его других режиссерских работ- и эта была открытием). Исполнители Анна Гланц- Маргулис и Николай Туберовский. Когда спектакль заканчивается, публика долго не аплодирует, молчит, потрясенная, примагниченная.

...Берлин, дождь. Она собирает чемодан. По улицам маршируют те, кто уже показал свое лицо, кто преследует коммунистов, инакомысляших, евреев. Маршируют те, кто не задумывается. К слову: я тут недавно прочла пост в ФБ, про то, что «кто мы такие,чтобы критиковать власть», власть- де – от Бога...Российский гражданин написал. Ничего. Так вот, они маршируют. Пока по Германии. И от их марша сотрясается земля. Она в комнате одна. Бросает в чемодан вещи – и даже не смотрит на них. На веревке сушатся фотографии. Среди них – фото красивого мужчины. Мужа...Ее зовут Юдифь. Она еврейка. Марширующие печатают шаг. Юдифь собирается покинуть Германию. Настало время уходить. Бежать...Фрагмент знаменитой, написанной по воспоминаниям очевидцев, по публицистике тех дней брехтовской пьесы «Страх и отчаяние в Третьей империи». Она много раз обретала сценическую жизнь. Она – про воцарение фашиста- изверга. Друг на друга наслаиваются, друг с другом переплетаются сюжеты притч-сценок. Юдифь в старом спектакле, который ставил сам Брехт, сыграла знаменитая актриса Елена Вайгель. Как утверждают все, кому довелось увидеть тот спектакль, она была гениальна. Брехт – велик, он прекрасен не просто, как драматург, художник, создавший свой театр, свой стиль, свой метод. Он прекрасен еще и как человек. Нам помимо всех его прочих художественных достоинств драгоценны интернационализм и высокое благородство. Брех не мог спасти, защитить евреев Германии, и -как великий, совестливый, мудрый- он становится рядом. Трепетно обнимает евреев-Германии своим текстом. Юдифь – актриса Анна Гланц-Маргулис. Она делает звонки, покорно, нервно, с болью, будто уже издалека смотрит на свой дом, фото на веревке, заводит граммофон. Эта мелодия закончена. Она ведь едет в никуда... В доме, на лестничной клетке идет жутковатая жизнь: кого-т о преследуют, ловят, соседи ведут речь о нехватке продуктов. О башмаках. О пайке. Юдифь прислушивается. Она не паникует. Ее сознание словно чуть замутнено. Ее судьба, ее мир рухнули – и она не может подобно библейской героине, молодой вдове взять меч и отрубить врагу голову. И она бредет, бежит от чемодана к окну, потом к телефону, потом вновь к чемодану. И ее путь нанизывается на нитку дождя, на нитку разговоров за стеной. А потом приходит муж. Николай Туберовский в этой роли появляется подтянутый, произносит своим почти оперным , красивым, поставленным голосом реплики – и черная тень от его новенькой, с иголочки нацистской формы падает на все. Он словно выдыхает напряжение, почти счастливо внутренне распрямляется - она уезжает,уедет, «куда посылать деньги», кружится песенка, все кончено. Этот немец в мундире со свастикой выводит за собой на сцену целый грохочущий, отлаженный, грозный и карикатурный механизм.Он элегантен , высок, любит чистоту и красоту, «дорогая, ты наводишь порядок», ему уже с ней не по пути. Да и «кто мы такие,чтобы критиковать власть»...Он страшновато- актуален, Брехт. Не дай Бог, чтобы описанное им повторилось...

Анна Гланц – Маргулис ведет свою линию без нажима, не педалируя ни голос¸ни чувства. Вот она вглядывается в то, что за окном. Как в колодец, как в бездну. Вот спокойно говорит подруге «Ни в коем случает не приходи на вокзал». А врачу- коллеге по бриджу «теперь следует найти других партнеров». А сестре мужа присмотреть за ним. Чтобы посильнее топили, и чтобы он не забыл пойти к портному. Ведь он любит тепло, и красоту. И еще она расскажет старую притчу про меловой круг. Это ведь не про Столетнюю войну на самом деле – это притча царя Соломона. Актриса сыграет мини-спектакль в спектакле. Про двух матерей, ребенка и хитрого судью. Как же он правильно мыслил, повозки должны принадлежать возницам, а дети – настоящим матерям...Юдифь оставит мужа его матери-стране. Наденет шляпку, возьмет чемода и шубку, с которой резким движением сорвет желтую звезду. Все. И только мелодия – как ручеек – будет тихо литься в зал. Уютно,мирно...Зал будет молчать. Потрясенный. Примагниченный.

Лиза Шлоссер

Добавить комментарий
Дорогие друзья!
В целях защиты от спама и иных проявлений вредительства, только зарегистрированные пользователи могут комментировать новости. Пожалуйста зарегистрируйтесь здесь: Регистрация
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.