Девушки на грани нервного срыва

Театр Израиля не дремлет. Премьера следует за премьерой. В «Камерном» Гилель Миттельпункт поставил свою новую пьесу. Она называется «Другие». Сценограф Александра Нарди, художник по костюмам Офра Конфино.

Мотивы пьесы варьируются-мерцают где-то рядом с «Нефтяным городом» и «Рельсами в Дамаск» этого же автора. К слову, он же сам их и ставил. Гилель Миттельпункт – плодовитый автор.

Где -то у моря, в тихом пансионе, там, где всегда найдется свободная комната, живут не очень счастливые и не очень любимые люди. Одинокий старик из Германии. Дамочка,которая умеет все объяснить «на уровне экономики» и по ночам за умеренную плату принимает английских солдат. Парень из кибуца, Амирам, безденежный мечтатель, который играет на пианино и хочет этим умением заработать на хлеб. Ида, хозяйка, шумная, умеет спрятать тоску за показной суровостью, ворчунья с хорошим чувством юмора, все обо всех знает. На дворе 1948 год. В пансионе появляется Адасса, изломанная, депрессивная. Она приехала из Англии, куда вместе с любимым Джеком, английским оцифером из разведки, шесть лет назад уехала. Джек погиб где-то на фронтах Европы. У нее есть сын. В Англии она собиралась покончить с собой. Ребенка отняли. Ее собирались поместить в психбольницу. Теперь единственная надежда Адассы – адвокат, за которого выходит замуж ее младшая сестра Гила. Он , как она думает, сможет ее помочь вернуть сына и привезти его в Палестину. Она возникает на пороге пансиона Иды печальная, бледная. Ее сбивчивые речи, гололокружительная ложь, нездешняя манера одеваться странно отсылают к Бланш Дюбуа, к «Трамваю «Желание». Рухнувшая, буксующая жизнь, где семья ее отталкивает, а мир враждебен, это тоже отголосок Теннесси Уильямса. И паренек, пианист, восторженно глядящий на эффектную женщину-розу, тайно вздыхающий по ней, и отношения сестер, эта любовь –вражда, нежность- ненависть, истерика и объятия, тоже нам что-то напоминают. Адасса приезжала зря. Из ее пыпыток найти опору, решение, дом, ничего не вышло. В финале она стоит в проеме двери - а за спиной туман. Море, Англия, новые беды. В целом, пьеса «Другие» - мастеровитый конгломерат клише и душещипательности, резких криков ( иначе отношения тут не выясняются... ), простеньких афоризмов ( типа «кого мы будем ненавидеть, когда англичане уйдут? – «Друг друга- и арабов», «джаз –это когда начинается – и никогда не заканчивается»...).

Зал «Камерного» слушал, сопереживал очень вдохновенно. Кто-то украдкой вытер слезу. Ирит Каплан, сыгравшая Иду, снова подтвердила высокий класс. У ее героини нет ни одной неверной интонации. Ни одного неясного слова. Чего нельзя сказать об Амираме (Авишай Меридор или Гиле ( Джои Ригер), которые глотают слова и говорят невнятно.

Ирит Каплан в этом спектакле главная. Яркая и интересная. Она умеет найти сочные краски, комические, эксцентричные - и теплые, задушевные. Ее рассказ о сыне, который получил приказ убить девушку за то, что она встречалась с арабом, это целый спектакль в спектакле. Звездные мгновения актрисы. Честная и качественная работа. Не очень обоснованную драматургически внезапную и нежную непривязанность Иды к Адассе актриса выверяет каким-то точным личным камертоном. И фальши нет. Вторая высокая нота в спектакле – господин Майер. Роль без слов. Здесь мы снова встречаемся с большим актером. Истинным мастером. Майера играет Ицхак Хизкия. Судьба, война, одиночество... Тут выразительны спина, мудрые глаза, Хизкия- личность...Нета Герти ( Адасса) всегда и всюду форсирует, всегда перебирает градусы. Ее много, ее инфантильный захлеб раздражает. Но страх героини, - есть вещи, которых она боится,это что она потеряет ребенка, и опасение, что ее, как предательницу, убьют за связь с англичанином, – вполне передается зрителю.

Отца Гилы и Адассы, патриота Маршака, очень интересный Дуду Нив показывает неким истеричным безумцем. Его сестру Риву реалистично и точно сыграла Эсти Косовицки. «Даму полусвета» Кинерет Лимони подала нам вполне задушевно, чуть комично...

Сыроватую пьесу-триллер театр преподнес и для души, и, думаю, для кассы. Есть еще одна смутная деталь: когда англичане уходят, уносят свой флаг, Ида вывешивает над пансином флаг Израиля. Сегодняшний наш флаг. А насколько я помню, флаг страны был утвержден через пять месяцев после провозглашения государства. И сначала были рассмотрены около 170 вариантов...Или это уже мелочь, которой можно в художественном опесу пренебречь...

«Другие» - типичный Миттельпункт. Типичный сюжет. В меру интригующий. И чтобы посмотреть работу Ирит Каплан в театр стоит идти. И, может, там найдется что-то еще. Вкус – штука индивидуальная.

Инна Шейхатович

Добавить комментарий
Дорогие друзья!
В целях защиты от спама и иных проявлений вредительства, только зарегистрированные пользователи могут комментировать новости. Пожалуйста зарегистрируйтесь здесь: Регистрация
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.